Historical and Modern Forms of Thinking at the University

The goal of this series of lectures is to present the idea of the University, which leads to the establishment of the modern university in Belarus within a cultural policy programme[1]. Aspects and fragments of this idea are scattered in various texts, but so far have not been gathered into a coherent entity. In this series of lectures, I will try to outline some openings in which the idea of the university needs to be spelt out before its implementation. I see at least four such major openings today: the university as a thought mega-machine; as a factor or instrument of nation-building; as a place for the formation of project and programme elites; and, finally, as an educational institution.

Реализационные категории мыследеятельности  

Выступление на Втором Методологическом конгрессе (18-19.03.1995 г.) По сути здесь уместно поставить вопрос: а каково место человека в таком множественном мире? Поскольку я, человек не могу исходно мыслить себя множественным, а схватываю себя достаточно цельно, по крайней мере на определенных промежутках своего существования. И зачем, и что мы можем сделать с этой множественностью, как бы мы ее ни описали? М.Хинтикка может описывать семантику возможных миров, поскольку он реализует познавательную установку, а тот, кто работал бы в реализационной установке? Его такое положение вещей, конечно же, устраивать не может. И поэтому, как в свое время Декарт вводил неявным образом через принцип: «я мыслю, следовательно, — существую», человеческое, (я не говорю сейчас про индивидуумы, а человеческое как меру того, что существует и что не существует), здесь также (поскольку дело не в том, что справедлива или несправедлива эта установка как таковая: в ситуации множественности миров это совершенно несущественно) для того чтобы сделать эту установку действительной, соответственно,

Хорошо быть молодым!

СМД-подход в культурной политике, или культурная политика в метаподходе.

Можно сказать, что культура нас «пыталась поймать», но ей это постоянно не удавалось. В 90-е годы мы все же были пойманы. Усилиями предшествующих генераций методологов нам было обеспечено место в культуре, и собственными усилиями мы обеспечили себе социализацию и институционализацию. Причем мы сами рассматривали себя организаторами мыследеятельности (у нас на этот случай была подготовлена соответствующая схема), и нам позволили ее организовывать, поскольку такое место оказалось вакантным, после того как тотальная претензия КПСС была дискредитирована.
Боже, чего мы только не городили, как только осознали, что с нами произошло!
Кто-то стал обсуждать, «почему методологи проиграли перестройку». Кто-то взялся консультировать правительства или оппозиционных политиков, которым светило возглавить правительство. Причем делали это уже в разных странах, а не только в России, правопреемнице СССР. Кто-то стал осваивать глобальные процессы – от феминизма до устойчивого развития, от программы Сороса до Международного валютного фонда и Всероссийского банка развития регионов. Еще чуть-чуть, и мы предложили бы проводить ОДИ в Давосе. Может быть, это никому бы и не повредило, но и пользы никому от этого бы не было.

ОНТОЛОГИЯ ЗНАКА

Это не про семиотику, а про фундаментальную ошибку Максима Знака, лучшего юриста страны.

В бою, на войне, в конкуренции выигрывает тот, кто опережает противника ровно на один шаг рефлексии, действуя в точном соответствии с тем, что знает, а чего не знает противник. Стоит наворотить рефлексивный уровень на лишний шаг, и мы имеем дело не с реальным противником, а с вымышленным, с тем, который существует только в нашей рефлексии, в нашем сознании. И реальный противник у нас выигрывает. Именно из-за такой «рефлексивной возгонки» практики презирают яйцеголовых интеллигентов, а сама рефлексия получает негативную коннотацию. Люди склонны додумывать то, чего нет.
Итак, проигрывает тот, кто отстаёт от противника на один шаг рефлексии, но и тот, кто спекулятивно додумывает в рефлексии то, чего нет, делая вместо одного шага, сразу два.
Так что же произошло с Максимом Знаком в августе-сентябре 2020 года, из-за чего революция наша не победила, а сам Максим уже много месяцев в тюрьме?

Становление и эволюция индивидуальности в истории образования

Само по себе такое представление об индивидуальности было вполне достаточным в качестве объяснительной конструкции по отношению к разного рода ошибкам, отклонениям, к тому, что можно было простить в несанкционированном культурой поведении человека. Однако с некоторых пор индивидуальность приобрела для европейской цивилизации и европейской культуры специфическое содержательное значение . К ней был проявлен пристальный как познавательный, описательный, так и технический (в плане воспитания, образования, взращивания, культивирования) интерес. При этом интерес к индивидуальности возник одновременно или наряду в историческом отрезке времени с разработкой собственно гуманитарного знания. Поэтому средств и методов для схватывания содержательной стороны индивидуальности у большинства исследователей, ученых, методологов и философов не было. К индивидуальности же, как и к большинству сложных гуманитарных объектов знания и квазиобъективной гуманитарной реальности, необходимо подходить с уже развитой системой гуманитарного знания, и соответственно содержанием они наполняются в рамках этой развитой системы гуманитарного знания.

Сага об учителях

Встреча ученика и учителя определена роком, их союз предвечно заключен на Небесах. Их отношения не описываются ни одним из греческих понятий: агапэ, филия, эрос. Платон попытался предложить для этого феномена свое понятие – платоническая любовь, но сам дал основания для извращения ее, описав ханурика Алкивиада. Все счастливые союзы ученика и учителя подобны, все несчастные – трагичны по-своему. Сюжетный разброс трагедий укладывается между полюсами Иуды Искариота и Иозефа Кнехта.
Но если в половой любви и в семейном союзе трагичные случаи интереснее счастливых, то в платонической любви учителя и ученика все наоборот.

Не думайте о рыжем и слепом утконосе*

В четверг 25 января 2001 года я посетил философский семинар Владимира Фурса в ЕГУ. Чего тебя туда понесло? – спросите вы. Во-первых, меня всегда интересовало (как это называлось при советах) «О чем думают философы?», во-вторых, меня интересовало также (как это передразнивалось при тех же советах) «Чем думают философы?».

История и эпистемология: пространства манифестации и развития метода

Доклад на I Методологическом конгрессе в 1994 году. «Если мы начинаем каким-то образом описывать метод или каким-то образом реконструировать методологию уже как прецедент в истории мысли, то должны учитывать или привносить в схему метода, в концепцию (или в контекст) методологии вот эту самую прагматическую составляющую, включающую субъективность, а не только объектность или объективность метода мышления, методологии и т.д.».

We continue to Think Belarus!

While others are doing it. They destroy, spoil, rob.
But what some people build, others can destroy.
The opposite is also possible: what is now being destroyed and spoiled will have to be restored, repaired, updated. The main thing is that those who can do it remain.

Энциклопедия: МЫШЛЕНИЕ

Предметная и дисциплинарная организация науки, философии и европейского мышления в целом оказалась устаревшей перед лицом задач исследования мышления. Требовались новые формы сборки и конфигурирования областей знания и методов из разных предметов. Продолжение исследований в рамках одного предмета (например, психологии, логики или кибернетики) вели к очевидному редукционизму. Не подвергавшиеся ранее критике представление о спонтанности и естественности мышления, об его индивидуальном характере, о локализации его в сознании или в психике перестали быть адекватными поставленным проблемам.