Книга: Вызывающее молчание (2000)

Книга «Вызывающее молчание», написанная в 2000 году, продолжает и развивает тему «Думать Беларусь!» образно и полемически разбирая ситуацию «диалога общественно-политических сил» 1999 года и Стамбульской декларации ОБСЕ.

Вызывающее молчание/ Владимир Мацкевич. — 2006. — 240 с.

От автора
Это реалистическая книга. Правда, это не соцреализм и даже не критический реализм. Здесь мало фактов, но все упомянутые факты имели место. Причем совсем не давно — всего лишь 4 года назад. У нашей молодой нации очень короткая историческая память. Про тот диалог общественно-политических сил, организованный ОБСЕ, проигнорированный теми, для кого он был задуман, и извращенный теми, кто был назначен в нем участвовать, сегодня уже мало кто помнит. А кто помнит о Стамбульской декларации ОБСЕ? На автора же эти события и документы произвели сильное впечатление. Реализм этой книги основан как раз на описании этих впечатлений. Это такой импрессионистский реализм. Или субъективный реализм. А быть
может, постмодернистский реализм? Пока нет названия
для такого жанра. Но главное, что это реализм.
Все персонажи в книге реальны. Да-да! Здесь не всегда можно отличить литературных героев от политиков или друзей и врагов автора. Но ведь если реализм связан с впечатлениями автора от столкновения с неким персонажем, то так ли важно, кто этот персонаж? Герой ли это шекспировской трагедии, персонаж анекдота, сказки, романа или писатель — автор этого романа, политик, друг или враг. Впечатления автора порой бывают столь сильны, что разница между анекдотичным Рабиновичем и реальным Абрамовичем на этом фоне просто несущественна.
И баррикада, тщательно выстраиваемая автором на протяжении всего повествования, призвана защищать его болезненно обострившееся воображение от всех персонажей, которые могут разрушительно действовать на сознание. Прячась за своей баррикадой, автор избегает не только контактов с теми, кто действует на его сознание разрушительно, но и с теми, кто мог бы действовать положительно. Но как их можно различить? Это непростой вопрос.
Живые политики, которых показывают по телевидению, выглядят как опереточные персонажи или лубочные злодеи. Насколько они реальны? Может, они просто фантомы?
А люди, которые ушли из жизни после того, как были
упомянуты в этой книге? Разве Василь Быков меньше влияет на живых теперь, чем тогда, в 2000 году? Может быть,
и больше.
Но персонажи — не самое главное в этой книге. Важнее идеи. Идеи этики, религии, философии, политики, науки.
Автор руководствуется в жизни странными принципами. Он полагает, что жить нужно в соответствии с теми идеями, которые человек разделяет, считает своими. И непросто складывается жизнь тех, кто руководствуется в жизни идеями, действует в соответствии с принципами.
Идеи и принципы занимают в этой книге больше места,
чем действующие лица, и они представляются автору более
важными. Он и баррикаду свою строит из идей и принципов, а уж потом смотрит на людей, разделяющих или неразделяющих его принципы и идеи.
И еще. Он смеется над всем этим — над идеями, принципами, людьми. Смеется над самим собой.
Но этот смех почему-то не уничтожает идеи и принципы. Кажется, даже наоборот.
Посмеявшись над принципами, автор еще больше
убеждается в их справедливости. Посмеявшись над идеями, он продолжает ими руководствоваться. Посмеявшись
над собой, автор предлагает читателям поступать так же, то
есть посмеяться над собой. А потом остановиться на каких-то принципах и руководствоваться ими.
Потому что беспринципность — это уже не смешно.

Владимир Мацкевич

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.